Евгений Ройзман написал "тотальный диктант" на "отлично"

Популярность «Тотального диктанта» растет в геометрической прогрессии. Если в прошлом году в столице Урала свою грамотность решились проверить 1024 человека, то на этот раз цифра выросла в два раза. На городских площадках собралось 2056 смельчаков. Например, в Педагогическом университете даже пришлось на 15 минут задержать диктант – пришло так много желающих, что руководству ВУЗа пришлось спешно искать свободные кабинеты. «А ведь два года назад все уместились в одной аудитории», - вспоминали преподаватели.

Свои знания в области родного языка решил проверить и мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман. «А давайте посадим за одну парту меня и губернатора Евгения Куйвашева или полпреда Игоря Холманских?», - предложил пару дней назад городской глава. Увы, Евгений Владимирович 12 апреля оказался в отпуске, а Игорь Рюрикович в командировке. Так что пришлось мэру писать текст Алексея Иванова в гордом одиночестве.

К двум часам дня политик не успел закончить с делами, поэтому предназначенную для уральского региона часть текста Иванова «Поезд и люди» Евгению Вадимовичу зачитала (а потом и беспристрастно проверила) корректор «Комсомолки» (и по совместительству научный сотрудник Уральского Федерального Университета) Елена Крамаревская.

- Я хорошо знаю прозу Иванова, - вооружившись ручкой и бумагой формата А4, признался высокопоставленный «ученик». – Одно меня смущает, у Алексея много авторских знаков. Вот как их расставлять?

Диктор тем временем пресекает разговорчики в строю, и Ройзман тщательно выводит на бумаге: «Чусовская – Тагил»... Солнечный поезд».

Мэр предельно сосредоточен. Старательно выводит каждое слово.

- А теперь новый абзац, - объявляет Крамаревская.

- С красной строки, - со знанием дела кивает глава.

Ройзман на несколько секунд задумывается, видимо, представляя себе эту картину, а потом неожиданно смеется.Диктор продолжает: «Однажды на какой-то станции я видел, как все проводницы ушли в буфет и заболтались, а поезд вдруг медленно поплыл вдоль перрона. Тетки вдруг вылетели на платформу и, проклиная машиниста-хохмача, который не дал гудок, толпой кинулись вдогонку, а из дверей последнего вагона начальник поезда бессовестно свистел в два пальца, как болельщик на стадионе…»

- Капец! Где Иванов этого насмотрелся? – все еще улыбаясь, хмыкает экзаменуемый.

Спустя 32 минуты, Ройзман ставит последнюю точку. Диктант с его размашистым почерком занял аж три страницы.

- Хорошо хоть вы за почерк не снижаете, - шутит мэр, отдавая «рукопись» нашему строгому цензору.

Пока Елена Крамаревская выискивает ошибки, Евгений Вадимович делится впечатлениями:

- Последний раз диктант я писал лет 35 назад. У меня есть одна проблема. Когда я писал стихи, меня всегда тормозили запятые. Я себе даже позволял писать без знаков препинания. И в этом тексте Иванова я столкнулся с той же проблемой. Там ведь поезд, движение. А приходилось ставить столько запятых! Но Иванов – хороший писатель. И этот текст у него хороший. Сейчас посмотрим, правильно ли я его понял.

В результате оказалось, что Ройзман понял Иванова не просто хорошо, а идеально. Во всем тексте у наркоборца нашлась лишь одна описка. Евгений Вадимович пропустил букву «р» во втором случае в слове «расхристанные». То есть мэр получает за диктант твердую пятерку.

- А ведь я сильно боялся, - наконец, признается заметно повеселевший Ройзман. -  Самому даже приятно. Ведь умение грамотно писать – это такой дресс-код образованного русского человека.