Интервью Ирины Прохоровой на РСН

Д. НАДИНА: В студии Ирина Прохорова, председатель Федерального гражданского комитета политической партии «Гражданская платформа». Начнём с того, как «Гражданская платформа» строит коалиции. Мы готовимся к выборам в Мосгордуму, завершились праймериз. Как дела у «Гражданской платформы» накануне выборов? Планируете ли Вы активно участвовать, готовы ли вступить в коалицию? По последним сообщениям, «Гражданская платформа» и КПРФ готовы объединиться. 

И. ПРОХОРОВА: С самого начала мы заявляли о том, что будем участвовать в выборах в Мосгордуму, хотя прекрасно понимаем, в каких сложных условиях находятся оппозиционные партии. У нас появился такой странный термин, как «внепарламентская оппозиция». Какая-то странная сегрегация. Оппозиция – это и есть оппозиция. Но ситуация сильно изменилась с февраля, когда ввели цензы, что нужно насобирать 5 тысяч подписей. Наша первоначальная идея была, что мы выдвигаем 35 человек, по человеку на округ. Нам пришлось изменить тактику, мы сделали ставку на шестерых участников, мы их уже озвучили и надеемся, что им удастся пройти в Мосгордуму. 

Д. НАДИНА: Один из них Ярмольник, я правильно понимаю? Он участвовал в праймериз? 

И. ПРОХОРОВА: Участвовал. Хотя и много справедливой критики вокруг этой системы, партия решила, что если кто-то захочет попробовать, то ему не будут мешать. Леонид Ярмольник посчитал, что ему это будет полезно и важно, чтобы посмотреть, как это происходит и что думают люди. По предварительным результатам он занял первое место. Мы понимаем, что это предварительный результат, выборы будут в сентябре, но мы готовы к серьёзному разговору с разными оппозиционными партиями. Мы первые в феврале предложили оппозиционным партиям пакт о ненападении – сотрудничество и обсуждение, кто каких кандидатов будет выставлять, и кто кого может снять, чтобы поддержать кого-то другого. Мы по-прежнему открыты этим переговорам. 

Д. НАДИНА: Это как получилось в Новосибирске, когда победил один от всех господин Локоть, Ваш кандидат там тоже был, она снялась, чтобы поддержать и дать возможность? 

И. ПРОХОРОВА: Да. Если партия считает, что такая ситуация удобнее и даёт определённые бонусы, почему бы и нет? Вопрос в том, с кем договариваемся, каковы кандидаты. Если их идеология, точка зрения совершенно не совпадает с позицией партии, конечно, мы не будем объединяться в таком случае. Повторюсь, сейчас идут переговоры, нет никаких договорённостей, мы открыты для альянсов и переговоров. Я считаю, что это правильно, надо объединять усилия. 

Д. НАДИНА: Кто Вам ближе по политическим взглядам, если говорить об альянсе, какая партия? 

И. ПРОХОРОВА: Нам ближе позиция демократических партий, много пересечений с «Яблоком». В данном случае, сложность нашей политической жизни в том, что возможности оппозиционных партий разворачивать реальные действия очень ограничены. Во многих партиях возникают очень хорошие кандидаты сами по себе, которые исповедуют близкие принципы, но человек может оказаться в партии, которая нам не всегда близка. С «Единой Россией» мы вряд ли можем вступить в альянс, как Вы понимаете, но бывают отдельные кандидаты и из «Справедливой России». Ресоветизация нашей жизни приводит к тому, что размываются границы между партиями в плане идеологии, какие-то очень серьезные профессиональные люди фактически появляются из разных партий. Это очень осложняет процесс переговоров. Мы эту проблему пытаемся решить следующим образом – пытаемся сохранять нашу позицию и смотрим, что человек декларирует, идя на выборы. Тем более, что по партийным спискам очень много самовыдвиженцев. Также нужно смотреть, что за человек, какова его биография, и что он собой представляет как личность. 

Д. НАДИНА: Если вернуться к вопросу о едином кандидате, в Новосибирске весьма удачна эта тактика. Но тогда снялся Илья Пономарёв, и заговорили о том, что он обманул свой электорат. Он активно агитировал голосовать, многие за ним пошли, а он в последний момент отказался от того, чтобы участвовать. Разве это не предательство? 

И. ПРОХОРОВА: Я понимаю избирателей, которые пытаются поддерживать своего кандидата, но когда политик понимает, что шансов пройти у него нет, и если он не объединится или не отдаст свой голос кандидату, который наиболее ему близок, то может пройти человек значительно худший. И здесь приходится выбирать – или ты идёшь до конца и ты оттягиваешь голоса, таким образом, ты продвигаешь основного соперника, который может стать роковым для региона, или ты понимаешь, что это победить невозможно, но ты можешь поддержать конструктивного и вменяемого человека. Это всегда очень тяжелый шаг для политика, но с точки зрения логики и здравого смысла это правильно. Наверное, очень важно донести до избирателя, почему его кандидат делает такой шаг, если есть такая возможность. 

РАДИОСЛУШАТЕЛЬ: Моё мнение, что партии изжили себя. Люди голосуют не за партии, в которых много лишних людей, которые через партию продвигают свои корыстные интересы, люди голосуют за конкретных людей. И когда такой человек снимается, это называется предательство. У меня вопрос к Ирине Прохоровой, зачем Вы вообще идёте на выборы? У Вас же всё есть, у Вас миллиарды, Вы забрали у народа заводы, железорудные ресурсы, зачем Вам это надо? Ваша партия похожа на те, что на Украине. 

И. ПРОХОРОВА: Во-первых, я ничего не забирала, и нет у меня никаких природных ресурсов, это не ко мне вопрос. У меня есть издательство «Новое литературное обозрение», которое я открыла с нуля в 1992 году. Во-вторых, кто у кого что отнял, разговор долгий. По-моему, не было никакого захвата, а было решение тогдашнего правительства приватизировать многие предприятия, и у них был выбор, отдавать это иностранным компаниям или отдать своим бизнесменам. Моя позиция шаткая, потому что у меня брат, и Вы можете сказать, что я его защищаю. Ну, приходится защищать. Я считаю, что это было правильное решение не отдавать, не оставаться банановой республикой, чтобы иностранные компании управляли в стране. У Вас странная логика. Если бы Вы или Ваши родственники стали богатыми людьми, Вам было бы плевать на страну? Какая-то двойная мораль. Человек не остаётся гражданином, если он лично преуспел благодаря своему таланту, большому труду, удачливости и многим другим вещам. Патриотизм – это удел только бедных людей? 

Д. НАДИНА: Часто задают вопрос о прогрессивной шкале налогообложения. Когда говорят, что один человек имеет очень высокий доход, у него солидный счёт в банке, логично ли устанавливать прогрессивную шкалу налогообложения? Вы за это или против? 

И. ПРОХОРОВА: Говорить отдельно сложно. Это может быть и да, и нет. Это должно быть увязано с законодательной системой. У нас очень несовершенная налоговая система, поэтому надо посмотреть насколько она работает, если человек начинает заниматься какой-то деятельностью, насколько законы благоприятствуют инициативе. Можно ввести эту шкалу и просто забирать большие деньги у богатых людей, это делается во многих странах. А есть ли законы, которые поощряют любую активность, не обязательно в сфере бизнеса, у людей, у которых нет больших доходов? С одной стороны можно вводить, но не давать развиваться ничему другому. Надо приводить всю систему законодательства так, чтобы это всё работало на благо страны, а не просто забирается здесь, перераспределяется туда, а никому от этого не хорошо. И потом богатые люди создают большое количество благотворительных фондов, о чём у нас не говорят, и складывается ощущение, что никто ничего не делает, не помогает. Может быть, сделать законодательство, которое поощряет благотворительность, чтобы она хотя бы приносила общественное признание. 

Д. НАДИНА: Или хотя бы от налогов освободить благотворительные фонды? 

И. ПРОХОРОВА: Да, например. Это законодательство достаточно долго разрабатывается, до сих пор оно далеко от совершенства. Важно, чтобы как можно больше разных людей имели возможность состояться в разных профессиях. Пусть это будут благотворительные фонды, какие-то государственные поощрения, правильная налоговая база, которая позволяет людям нормально функционировать, а не обирает их бесконечно. У нас бесконечное количество поборов на малый и средний бизнес. Тогда прогрессивная шкала будет разумной. В противном случае, получается, что вводятся разные элементы из разных систем, которые совершенно не привязаны к той ситуации, которая существует. 

Д. НАДИНА: Пока её вводить нельзя? 

И. ПРОХОРОВА: Я не уверена. Я не такой крупный специалист в этой сфере. Наверное, лучше спросить экономистов, финансистов, настоящих профессионалов. Я за то, чтобы законодательство поощряло людей к деятельности, а не прикрывало возможности социальных лифтов. 

Д. НАДИНА: Подведём итоги голосования по вопросу праймериз. 20% слушателей Вас поддерживают, а 80% считают, что это предательство, когда кандидаты объединяются в коалицию и при этом сами отказываются участвовать в выборах. Слушатель спрашивает, не считаете ли Вы, что праймериз закончились провалом, избиратель не пришёл? Действительно, в праймериз приняли участие всего 4% избирателей. Это провал? 

И. ПРОХОРОВА: Да, это скромный результат, но у нас с самого начала было скептическое отношение к идее праймериз. В общем, никакого реального смысла в них нет. Что хотела этим посмотреть власть, мне не очень понятно, но нам было полезно посмотреть, как работает эта машина изнутри, чтобы подготовиться серьёзно к сентябрьским выборам. По итогам голосования я очень довольна, что есть 20%, которые услышали. Эмоционально, я понимаю людей. С точки зрения избирателя, действительно, чувствуешь себя обманутым. Я постаралась объяснить нелегкую ситуацию, которая иногда возникает. Чтобы не прошёл кандидат от правящей партии, который не компетентен, то приходится составлять коалицию. 

Д. НАДИНА: Скоро в Петербурге будут выбирать губернатора. Оксана Дмитриева планирует участвовать в этих выборах. Ранее в «Гражданской платформе» говорили, что размышляют поддержать Дмитриеву или предложить своего кандидата. Сейчас есть какая-то позиция по этому поводу? 

И. ПРОХОРОВА: У нас есть свои сильные кандидаты, я пока не уполномочена озвучивать их фамилии, пока не принято решение будут ли они выдвигаться. Если мы по какой-то причине поймём, что у наших кандидатов нет никаких шансов, то не исключаем возможности поддержать кого-то из оппозиционных кандидатов, в том числе и Оксану Дмитриеву. На данный момент никаких переговоров с ней велось. 

Д. НАДИНА: А почему? 

И. ПРОХОРОВА: Потому что мы должны принять решение, выдвигаем ли мы своего кандидата или думаем о какой-то коалиции. В ближайшее время мы объявим решение. 

Д. НАДИНА: Мы знаем, что у Вас есть Ярмольник. Но ведь он актёр, а не политик. 

И. ПРОХОРОВА: Он не только актёр, он ещё и благотворитель, занимается различной социальной деятельностью, в том числе он защитник животных. У нас это почему-то недооценивается, хотя однозначно проблема бездомных животных существует. Проблема бродячих собак создаёт опасность для города. Он много этим занимается, человек он зрелый, умный, почему он не может попробовать себя в этой роли? Как говорил наш слушатель, люди голосуют за личностей. Возможно, он станет прекрасным депутатом, который будет отстаивать интересы не только партии, но и людей? 

Д. НАДИНА: Вы придерживаетесь такой же позиции в отношении выборов губернатора в Петербурге? Главное – это личность, хороший человек? 

И. ПРОХОРОВА: Нет, это разные меры ответственности, и надо оценивать есть ли у человека опыт управления, должен разбираться в проблемах такого большого города как Петербург, и уметь подбирать себе команду, быть профессиональным управленцем. 

Д. НАДИНА: А Полтавченко такой? 

И. ПРОХОРОВА: Я не живу в Петербурге, мне трудно судить, но я вижу очень много критики. Например, меня тревожит, что происходит в сфере культуры в Петербурге. 

Д. НАДИНА: Вы не идёте на выборы в Мосгордуму, почему бы не попробовать Петербургское Заксобрание? Там бы Вы как раз смогли заниматься культурой. Не думали об этом? 

И. ПРОХОРОВА: Я – человек гиперответственный, если я принимаю какое-то решение, я иду до конца. И выборы для меня – вещь серьёзная. Я нацелена на определённый результат, а не просто узнать, сколько людей меня поддержат. Поэтому, если я приняла решение не участвовать в выборах в Мосгордуму, почему я должна идти в Заксобрание? Это было сложное, но необходимое и правильное решение. 

Д. НАДИНА: Какой был главный мотив отказаться идти на выборы в Мосгордуму? 

И. ПРОХОРОВА: Я была очень настроена на это, и в феврале, у нас была другая тактика. Тогда не было поправок, которые ограничивают прохождение кандидатов. Я предполагала, что буду возглавлять большую команду, 30-40 человек, и мы будем стараться проходить в Мосгордуму и организовывать там большую фракцию. Сейчас речь идёт о 6 кандидатах, которых мы будем стараться провести. В связи с этим моё участие в региональных выборах как лидера партии не имеет смысла. Никакого серьёзного эффекта это не даст, но ограничит меня в возможности заниматься курированием региональных выборов в 13 субъектах федерации. 

Д. НАДИНА: Вы говорили, что не будете участвовать в выборах в Мосгордуму, но будете участвовать в выборах в Госдуму в 2016 году. Это уже окончательное решение? 

И. ПРОХОРОВА: На сегодняшний момент я готова к этому, но к 2016 году мы не знаем, какие поправки к законодательству могут произойти. Вот сегодня, например, прошла информация об ужесточении прав выбора в регионах, что выбираться там могут лишь те, кто прожил не менее 8 или 10 лет. А назначенцы по такому же принципу будут отсеиваться? Эти моменты, когда постоянно ограничиваются возможности оппозиции избираться, их надо учитывать. Да, я приняла для себя такое решение, но в 2016 году может оказаться, что либо выборы отменят, либо поставят такие условия, по которым я объективно не смогу туда даже подать заявление. 

Д. НАДИНА: А президентские выборы? В прошлые выборы много говорили, что хотелось бы Вас видеть в списке кандидатов и за Вас проголосовать, а не за Вашего брата. Не хотели бы Вы в следующий раз попробовать? 

И. ПРОХОРОВА: Это очень ответственное решение. Необходимо осознавать, готов ли ты стать президентом такой большой страны, достаточно ли ты компетентен? 

Д. НАДИНА: Я делаю вывод, что Вы всё-таки думали об этом и рассматривали такую возможность? 

И. ПРОХОРОВА: Наверное, каждый политик думал об этом. Плох тот солдат, который не мечтает стать генералом. Меня беспокоит, какова у нас будет вообще политическая жизнь и будет ли она через несколько лет? Условия ужесточаются, практически всем оппозиционным партиям становится сложнее и сложнее функционировать. Взять хотя бы мэра Ярославля, который год уже сидит, а ему до сих пор не предъявлено обвинение. А ведь он шёл от «Гражданской платформы». 

Д. НАДИНА: Выборы президента, это не мэр Ярославля. Я думаю, что если бы вы сейчас сказали, говоря о будущих выборах президента, что Вы рассматривали такую возможность, Вы бы воодушевили многих Ваших сторонников. 

И. ПРОХОРОВА: Я всегда готова порадовать сторонников, но думать можно о чём угодно, а здравый смысл и разум никто не отменял. Может быть, людям хочется слышать более прямые и категоричные заявления. Наш слушатель говорил, что партии не нужны, важны личности. Необходимо понимать, что в той же Думе одна личность имеет меньший вес, чем если она с командой единомышленников. Партия – это инструмент для достижения тех или иных политических целей. Можно много и красиво говорить о целях и задачах, но как их реализовать? Реализовать можно, если есть институция партии, можно объединившись с близкими в коалиции, провести какие-то законы. 

Д. НАДИНА: Хотелось бы задать ещё один вопрос касательно ситуации на юго-востоке Украины о гуманитарной катастрофе, о беженцах, которые бегут в Россию. Пропадают журналисты, пропадают люди. Как Вы считаете, что можно сделать, чтобы этого не было? 

И. ПРОХОРОВА: Я выскажу свою личную точку зрения как гражданина. С самого начала, когда начиналась история с Крымом, я выражала большие опасения, что она может спровоцировать волну насилия, дестабилизацию в Украине и породит проблемы для России. Та ситуация, что часть другого государства присоединяется к нам, неизбежно начинает провоцировать конфликты в Украине, можно приводить какие угодно исторические и стратегические аспекты. Как результат – гуманитарная катастрофа на юго-востоке Украины, и она может затягиваться на долгое время и иметь весьма печальные последствия. Политики рано или поздно договорятся, но о том, что будет с людьми, об этом никто не говорит. Посмотрите, какая разрослась межнациональная агрессия. Вопрос, а стоило ли это всё того, что мы сейчас видим? 

Д. НАДИНА: Несколько месяцев назад Вы участвовали в «Марше мира». Почему тогда, когда военных действий не было, марш прошёл, а сейчас, когда, действительно, идёт война, у наших границ таких маршей нет? 

И. ПРОХОРОВА: Это вопрос не только ко мне. Было несколько заявок на разные марши, но мэрия не согласовала. На мой взгляд, важнее разделить государственные интересы и интересы людей. 

Источник: